Глава 5: Звонок из тюрьмы

Сон Джинву сидел в своём кабинете, уставившись в одну точку на стене. Часы показывали половину второго ночи, но сон не шёл. Мысли о сыне разъедали изнутри, как кислота. Ча Хэ Ин уже несколько часов назад ушла спать, вымотанная слезами и надеждой. Сухо заперся у себя в комнате и слушал тяжёлую музыку — его способ справляться с болью. Телефон на столе завибрировал, разрывая тишину резким звуком. Джинву вздрогнул. Номер был неизвестным, но код города указывал на тюрьму. Сердце пропустило удар. Он схватил трубку, не дав себе времени на раздумья. — Слушаю. — Господин Сон? Это начальник исправительного учреждения, Пак Чжонсу. — Голос на другом конце провода звучал напряжённо, почти панически. — Нам нужно, чтобы вы срочно приехали. Джинву замер. Рука, сжимающая телефон, побледнела. — Что с моим сыном? — выдохнул он, чувствуя, как внутри всё холодеет. — Ваш сын... — Начальник запнулся. — С ним всё в порядке, физически. Но ситуация вышла из-под контроля. Он взял под свой контроль тюремный блок. Охрана не может войти. Он требует встречи с вами. И с прокурором, который вёл ваше дело. Джинву моргнул, пытаясь переварить услышанное. Юки — тихий, застенчивый мальчик, который боялся даже спорить с учителями — взял штурмом тюрьму? Это звучало как бред. Но голос начальника дрожал от страха, а не от шутки. — Я выезжаю, — коротко бросил Джинву и сбросил звонок. Он вскочил с кресла, на ходу накидывая пальто. В коридоре столкнулся с Хэ Ин, которая вышла на шум. Её глаза, красные от бессонницы, расширились, когда она увидела его лицо. — Что случилось? — Звонок из тюрьмы. Юки... — Он сглотнул ком в горле. — Он захватил блок. Требует меня. Хэ Ин побледнела, но не заплакала. Она лишь сжала его руку до боли. — Я с тобой. — Нет. Оставайся здесь. Если это ловушка... если кто-то хочет ударить по семье... — Он покачал головой. — Я позвоню, как только узнаю что-то. Она хотела возразить, но в его глазах горела такая решимость, что слова застряли в горле. Джинву чмокнул её в лоб и выбежал из дома. Машина летела по пустынным ночным улицам. Фонари размазывались в жёлтые полосы. Джинву сжимал руль так, что костяшки побелели. В голове крутились обрывки мыслей: как? почему? что он сделал не так? Он — Теневой Монарх, существо, способное уничтожать армии, но сейчас чувствовал себя беспомощным, как муравей, попавший под увеличительное стекло. У ворот тюрьмы его уже ждали. Охрана распахнула ворота без обычного протокола. Начальник Пак нервно ходил взад-вперёд, заламывая руки. При виде Джинву он подбежал почти бегом. — Спасибо, что приехали. Я не знаю, что ещё делать. Ваш сын... он не просто захватил блок. Он избил охранников. И Кан Минсока, того, кого вы искали. — Начальник понизил голос. — Он заставил его признаться. Джинву остановился, как вкопанный. Сердце застучало где-то в горле. — В чём? — В том, что это Минсок подставил вашу семью. Что он действовал по заказу конкурентов. Всё записано на телефон Юки. Он требует, чтобы вы пришли и забрали это лично. Джинву выдохнул, чувствуя, как в груди разливается странная смесь ярости и гордости. Его мальчик, его тихоня, сумел сделать то, что сам Джинву не мог провернуть долгие месяцы — выбить правду из гниды, которая разрушила их жизнь. — Проведите меня к нему, — сказал он спокойно, но голос звучал как сталь. Начальник замялся: — Господин Сон, по правилам мы не можем... — К чёрту правила, — отрезал Джинву. — Я — его отец. И я войду. Они прошли через несколько запертых дверей, мимо перепуганных охранников и зеков, жавшихся по углам. Третий этаж встретил их тишиной и запахом пота и крови. В коридоре валялись несколько тел — охранников, которые не хотели отступать. Они дышали, но были без сознания. В конце коридора, возле дальней камеры, стоял Юки. Джинву едва узнал своего сына. За год в аду юноша превратился в кого-то другого: плечи расправились, в глазах больше не было страха — только холодный огонь. Чёрные взъерошенные волосы падали на лицо, но небесно-голубые глаза сверкали, как льдинки. На скулах и руках виднелись свежие ссадины. — Отец, — сказал Юки голосом, в котором не было даже тени прежней робости. — Ты пришёл. Я знал, что ты придёшь. Джинву остановился в нескольких шагах от сына. В груди всё сжалось. — Юки... — прошептал он. — Как ты... — Я выжил, — перебил его сын, криво усмехнувшись. — И я нашёл того, кто нас предал. Вот доказательство. — Он протянул потрёпанный телефон. — Его показания, запись. Этого хватит, чтобы суд пересмотрел моё дело. И чтобы ты и мама могли снова смотреть людям в глаза. Джинву взял телефон дрожащими пальцами. Слёзы подступили к глазам, но он сдержал их. — Зачем ты это сделал, сынок? Я бы вытащил тебя, я обещал... — Я устал ждать, — резко ответил Юки. — Я не хотел быть больше жертвой. Ты не должен спасать меня, отец. Я сам могу постоять за себя. — Голос его дрогнул, но лишь на мгновение. — Но я хочу, чтобы ты знал: я сделал это не из ненависти. Я сделал это ради семьи. Джинву шагнул вперёд и обнял сына. Юки сначала напрягся, но потом обмяк, уткнувшись лицом в плечо отца. Впервые за долгий год в его груди затеплилась надежда. — Всё будет хорошо, — прошептал Джинву. — Я обещаю. Теперь мы вместе. И впервые за всё время Теневой Монарх почувствовал, что тени отступают, уступая место свету.