Глава 3: Маяк в небе

Эмеральд и Новичок шли через застывший во времени мир. Трава под ногами была высохшей и серой, будто потеряла все краски вместе с надеждой прежних обитателей. Деревья стояли без листьев, их почерневшие ветви тянулись к небу, словно моля о дожде, которого не было уже много сезонов. — Мы близко, — сказал Эмеральд, его зелёные глаза мерцали в тусклом свете. — Видишь вон ту гору? Маяк на её вершине. Новичок поднял голову и увидел тонкий шпиль, уходящий в облака. Он был сложен из светлого камня, но казался полупрозрачным, как мираж. Вокруг него кружились крошечные искры света, похожие на светлячков. — Он светится? — спросил Новичок, щурясь. — Нет, это просто отражение того, чем он когда-то был, — покачал головой Эмеральд. — Первый игрок, Призрачный свет, построил его как памятник всем, кто терялся в этом мире. Он говорил, что маяк укажет путь домой. Но после его ухода свет погас. Они начали подниматься по каменной тропе. Каждый шаг отдавался эхом в тишине. Новичок заметил, что по бокам тропы стояли маленькие таблички с именами. Он остановился, прочитал одну: «Зоркий глаз». Рядом была дата — годы назад. — Кто это? — спросил он. — Он строил торговые центры. Лучший строитель, которого я знал. Ушёл, когда закончился сезон обновлений, — ответил Эмеральд, не оборачиваясь. — Каждый камень на этой тропе — чья-то история. Новичок почувствовал холод. Не от ветра, а от осознания: он шёл по дороге, вымощенной памятью. Он вспомнил пустые сундуки в деревне, которые Эмеральд наполнял каждый день. Для кого? Для тех, кто никогда не вернётся. — Зачем ты ждёшь их? — внезапно спросил Новичок. — Они ведь не придут. Эмеральд остановился, повернулся. Его лицо, обычно спокойное, дрогнуло. — Потому что я помню, как они смеялись. Как они строили. Как они праздновали рассвет после ночи, полной криперов. Я не могу просто забыть их. Если я перестану ждать, то они исчезнут по-настоящему. Они дошли до вершины. Маяк возвышался перед ними — высокая башня из белого кварца с синими прожилками. Внутри, у основания, лежала выемка, похожая на чашу. Она была пуста. — Здесь должен быть кристалл Края, — сказал Эмеральд, касаясь чаши. — Призрачный свет унёс его, когда ушёл. Говорил, что вернётся, когда мир снова станет живым. Но… он не вернулся. Новичок подошёл ближе. Внутри чаши он заметил тусклое свечение, почти исчезающее. Он протянул руку, и тепло пробежало по пальцам. — Что это? — прошептал он. Эмеральд затаил дыхание. В руке Новичка появился маленький светящийся камень, синий, как небо на закате. — Это… невозможно. Кристалл был утерян, — проговорил Эмеральд. — Откуда он у тебя? Новичок посмотрел на свою ладонь. Камень пульсировал в такт сердцу. — Я не знаю. Он просто… появился. Как будто ждал, когда я приду. Эмеральд улыбнулся впервые за долгое время. Его улыбка была грустной, но искренней. — Может быть, Призрачный свет не ушёл до конца. Может быть, он оставил частицу себя, чтобы кто-то нашёл. — Он взял камень из руки Новичка и вложил его в чашу. — Теперь твоя очередь. Зажги маяк. Новичок сделал шаг вперёд. Вокруг них воздух задрожал, и из чаши взметнулся столб света, пронзая облака. Мир окрасился в золотые и синие тона. Вдалеке, на горизонте, стали появляться очертания — горы, леса, океаны, которые были скрыты тьмой. Эмеральд стоял, глядя в небо. По его щеке скатилась слеза. — Они вернутся, — прошептал он. — Я чувствую это. Новичок положил руку ему на плечо. Где-то далеко, за гранью облаков, зажглась ещё одна звезда.