Глава 3: Пепел на коже

Разрушенный мост встречал их привычной тишиной. Только ветер выл в пустых пролётах, да изредка осыпался бетон с обломков. Ви стояла у самого края, вглядываясь в туманную сторону Пилтовера, и сжимала в кулаке остывшую гильзу — единственное, что осталось от их последней встречи. — Ты опоздала, — хрипло сказала она, не оборачиваясь. Шаги за спиной — лёгкие, уверенные. Щелчок затвора, хоть и не направленного на неё. — Пришлось заметать следы. Энфорсеры прочёсывают южный сектор, — голос Кейтлин звучал устало, но жёстко. Ви повернулась. В лунном свете шериф стояла в тени арки, фигура напряжена, рука на кобуре. Но взгляд — тёплый, почти умоляющий. — Неужели ты думала, я не приду? — тихо спросила Кейтлин. — Думала, что ты умнее, — усмехнулась Ви, но в голосе не было злобы. Две женщины смотрели друг на друга сквозь войну, сквозь выжженную землю между ними. Кейтлин шагнула вперёд, и Ви не отступила. — Сегодня был бой за резервуары, — начала Кейтлин, останавливаясь в шаге. — Твои люди устроили засаду. Погибли двое. — А твои — сожгли лабораторию в Шиммер-Роу. Там были дети, — резко ответила Ви, подавляя дрожь. Молчание повисло тяжёлым грузом. Кейтлин опустила голову, затем медленно вытащила из кармана плаща свёрток. Развернула — тёплый хлеб и фляга с чаем. — Я знаю. Я знаю, Ви. Но я здесь не ради войны. Ви сглотнула. Подошла ближе. Запах пороха смешался с запахом дождя и её духов. Пальцы Кейтлин коснулись её руки — осторожно, словно боясь обжечься. — Мы не можем так больше, — прошептала Кейтлин. — Мост не выдержит вечно. — Знаю, — ответила Ви, обхватывая её ладонь. — Но пока он стоит, я буду здесь. Каждую ночь, пока не сломаюсь. Они сели на холодный камень, прижавшись плечами. Хлеб раскрошился между ними, чай обжигал горло. Говорили мало: о звёздах, что видны только здесь, о шрамах на спинах, о том, как больно стрелять, зная, что целишься в её народ. Когда небо начало светлеть, Кейтлин встала первой. Ви поднялась следом, коснулась её лица, провела большим пальцем по скуле, стирая копоть. — Береги себя, Кейтлин Кирамман, — голос сорвался. — И ты, Ви. Кулак Зауна, — улыбнулась Кейтлин, и в улыбке была горечь. Они разошлись в разные стороны, оставляя на мосту лишь пепел и тёплое воспоминание ещё одной украденной ночи.