Глава 3: Второе пришествие шоколада

Феликс проснулся от тишины. Непривычной, тревожной тишины, которая обычно предшествует либо вселенской катастрофе, либо тому, что Чан наконец-то вырубился. Оказалось, второе. Часы на стене показывали половину двенадцатого утра, и в общежитии царил тот особый покой, который бывает только после ночного пожара и утреннего хаоса. Феликс натянул растянутую толстовку и, шлёпая босыми ногами по линолеуму, поплёлся на кухню. Там его ждала картина маслом: Ли Ноу сидел за столом с чашкой чая, а на подоконнике, щурясь на солнце, нежились трое его котов — Суни, Дори и Думи. — Доброе утро, — зевнул Феликс. — А где Чан? Ли Ноу указал подбородком в сторону коридора, не отрывая взгляда от телефона: — Спит. Третий час пошёл. Я заглядывал — даже не шевельнулся. Феликс виновато почесал затылок. — Слушай, прости за вчерашнее… — За что? — Ли Ноу поднял на него спокойные глаза. — За вкусные брауни? — Они были подгоревшие. И чуть не спалили этаж. — Но их съели, — резонно заметил Ли Ноу. — И ты больше никогда не повторишь ту же ошибку. Значит, урок усвоен. Феликс просиял. От такого подхода — без нотаций, без крика — ему становилось тепло и немного стыдно одновременно. — Я хочу испечь нормальные, — решительно заявил он. — Сегодня. Без пожара. И с шоколадом внутри. Ли Ноу отложил телефон и внимательно посмотрел на друга. — Ты уверен, что твоя кулинарная магия не сменила направление на разрушительное? — Не-а, — улыбнулся Феликс так, что коты на подоконнике дружно повернули головы. — Я готовился. Посмотрел три видео, записал пропорции, купил настоящий бельгийский шоколад. Ли Ноу хмыкнул, но в глазах мелькнуло любопытство. — Хорошо. Я останусь здесь. На случай, если придётся тушить. Феликс принялся колдовать над миской: просеивал муку, взбивал яйца, топил масло на водяной бане. Кухня наполнилась запахом какао и ванили. Коты спрыгнули с подоконника и уселись в ряд на полу, наблюдая за процессом с кошачьей серьёзностью. — У тебя аудитория, — заметил Ли Ноу. — Они чувствуют, что ты творишь историю. — Или просто ждут, когда упадёт кусочек. Через сорок минут из духовки выехал противень с идеальными квадратами брауни. Корочка блестела, шоколадная крошка таяла на поверхности, а аромат был таким густым, что даже Дори, обычно равнодушный к еде, подошёл ближе. — Смотри, — Феликс разрезал один квадрат. Внутри, как и обещано, тянулась тягучая шоколадная жилка. — Идеально. Ли Ноу взял кусочек, откусил, зажмурился на секунду и кивнул: — Зачёт. Теперь ты официально повелитель духовки. В этот момент из коридора донёсся шаркающий звук. Чан, взлохмаченный, в мятой футболке, появился на пороге кухни. — Я чую шоколад, — произнёс он хрипло, с закрытыми глазами. — Феликс, если это снова горит, я не переживу. — Не горит, — гордо ответил Феликс. — Открой рот. Чан послушно открыл, даже не глядя. Феликс вкинул туда кусочек брауни. Чан прожевал, глаза распахнулись, и на лице появилось выражение абсолютного блаженства. — Это… это лучше, чем сон. Где вы берёте такие таланты? — Я не сплю со вторника, а ты печёшь божественные брауни? — Ли Ноу усмехнулся. — Мы два полюса безумия, а Ли Ноу — центр равновесия. — Не центр, а просто кошачий папа, — поправил Феликс и поставил тарелку с брауни на стол. — Все, кто рано встал, — угощайтесь. Чан налил себе кофе, присел рядом. Коты запрыгнули на колени к Ли Ноу, выпрашивая крошки. — Знаете, — сказал Чан, откусывая второй кусок, — в этом общежитии никогда не бывает скучно. То пожар, то кулинарные шедевры. Я, наверное, даже привык. — Ты просто выспался, — заметил Ли Ноу. — Отдохнувший Чан — оптимистичный Чан. — Зато теперь мы можем съесть целый противень без угрызений совести, — Феликс чокнулся кусочком с Чановым. — За новую традицию: брауни без катастроф. — И за то, чтобы будильники однажды заработали, — добавил Чан. Ли Ноу фыркнул, и коты дружно мурлыкнули, будто соглашаясь. Так втроём, с кофе, чаем и шоколадом, они и встретили вторую половину дня — под звуки сытых котов и тихого счастья, которое, как оказалось, могло поместиться в маленькой кухне на восьмерых.