Глава 3. Прогулка после полуночи

Они вышли из «Ритца» в ночь, которая пахла дождём и мокрым асфальтом. Лондон, притихший и влажный, расстилался перед ними, как старая карта, которую оба знали наизусть, но никогда не решались читать вместе. Кроули шёл чуть впереди, засунув руки в карманы пальто, его бёдра покачивались в привычном ритме змеиной грации. Азирафель семенил следом, пытаясь одновременно не отставать и пересчитывать фонарные столбы — один, два, три... на четвёртом он сбился, потому что Кроули резко остановился и развернулся. — Ну? — спросил демон, и в этом «ну» поместилось шесть тысяч лет ожидания. — Что «ну»? — ангел поправил бабочку, хотя она сидела идеально. — Ты считал. Я видел. Ты считал что-то за ужином. Вино? Салфетки? Мои слова? Азирафель покраснел. В темноте это было почти незаметно, но Кроули видел в темноте лучше, чем кто-либо из смертных. — Я... э... пытался определить, является ли это свиданием. — И? — Я насчитал семнадцать признаков. Но потом ты заказал десерт, и я сбился. Кроули улыбнулся — той редкой, настоящей улыбкой, которую он берег только для ангела. — Семнадцать — это хорошее число. Не тринадцать, не шесть. Семнадцать — это... надежда. Они пошли дальше, плечом к плечу. Дождь начал накрапывать, мелкий и тёплый, как парное молоко. Кроули щёлкнул пальцами, и над ними возник невидимый купол, отводящий капли. — Ты не обязан, — сказал Азирафель. — Знаю. Хочу. Они остановились у витрины антикварного магазина. Внутри, на бархатной подушке, лежал старинный компас с потускневшей латунью. — Смотри, — ангел прижался носом к стеклу. — Ему, наверное, лет двести. Он видел столько путешествий... — А мы видели больше, — тихо ответил Кроули. — И никуда не двигались. Азирафель обернулся. В отражении витрины их лица наложились друг на друга — ангел и демон, свет и тьма, ставшие одним пятном на мокром стекле. — Мы двигаемся сейчас, — сказал ангел. — Разве нет? Кроули снял очки. Впервые за весь вечер. Его жёлтые глаза с вертикальными зрачками смотрели прямо в голубые глаза ангела. — Да. Мы двигаемся. И я хочу, чтобы ты знал: я не тороплюсь. Я ждал шесть тысяч лет. Я подожду ещё столько же, если нужно. Но сегодня... сегодня я хочу просто идти рядом с тобой. Без инструкций. Без планов. Просто идти. Азирафель моргнул, и что-то тёплое разлилось у него в груди — не чудо, не благословение, а что-то более земное и более редкое. — Я бы хотел чаю, — сказал он. — Когда мы придём. — Я знаю. Я уже поставил чайник. Мысленно. — Ты не можешь поставить чайник мысленно. — Я демон. Я могу всё, что связано с тобой. Они рассмеялись — тихо, почти синхронно, и этот смех повис в воздухе, смешиваясь с дождём и светом фонарей. Где-то вдалеке пробило полночь. Начался новый день. Первый день их общей истории, которая больше не была расписана по инструкциям.