Глава 3: Белые пятна

Коннор сидел за столом в участке, уставившись на экран терминала. Отчёт о допросе Лиама был готов, но в нём зияли дыры — временные метки, которые он не мог вспомнить. Он провёл пальцем по LED-диоду на виске: кольцо пульсировало жёлтым, но не давало ответов. — Ты опять завис, — Хэнк плюхнулся на стул напротив, ставя две чашки кофе. — Выглядишь хуже, чем я после бутылки виски. — Лейтенант, я функционален на 97%, — автоматически ответил Коннор, но голос дрогнул. — Однако... в моём журнале есть лакуны. Четыре минуты тридцать две секунды между 14:12 и 14:17 вчерашнего дня. Я не могу восстановить этот сегмент. Хэнк нахмурился, отхлебнул кофе и поморщился, будто вместо сахара насыпал соли. — Твою мать, Коннор. Ты уверен, что это не просто очередной системный глюк? После той драки на складе... — Я проверил самодиагностику. Жёсткий диск цел, процессы стабильны. Но данные удалены. Намеренно. — Коннор поднял взгляд, и в его карих глазах мелькнуло что-то, очень похожее на страх. — Так же, как у Лиама. Только у меня удалена лишь часть. Словно кто-то проверял, как я отреагирую. Тишина повисла между ними, нарушаемая лишь гулом вентиляции. Хэнк отставил чашку и подался вперёд. — Ты помнишь, что делал в это время? Хотя бы приблизительно? — Я... — Коннор замер, процессируя данные. — Я возвращался из сада Лиама. По дороге домой. Но все детали — маршрут, встреченных людей, погоду — я извлёк из системных логов города, а не из собственной памяти. — Он сжал край стола, тириум пульсировал быстрее. — Кто-то мог перехватить мой процесс, пока я транслировал отчёт. И оставить только то, что хотел, чтобы я увидел. Хэнк резко выдохнул, проведя ладонью по лицу. — Значит, мы имеем дело не просто с психом, который стирает память садовникам. Это кто-то с доступом к полицейским сетям. К твоему ядру. — Или с непосредственным физическим доступом ко мне, — тихо добавил Коннор. Они оба знали, что это значит. Коннор, бывший охотник на девиантов, теперь сам стал мишенью. Хэнк встал, его стул противно скрипнул по линолеуму. — Ладно. Едем к Лиаму снова. Узнаем, кто мог подходить к нему в последние сутки. А потом — в архив «Киберлайф». И плевать, что он опечатан. Я прикрою. Коннор поднялся, чувствуя, как в груди разгорается тревога, смешанная с решимостью. Его память — его единственное оружие против аномалий в системе — начала давать сбои. И если он не найдёт виновного, скоро может забыть не только четыре минуты, но и то, что такое быть свободным.