Глава 3: Голоса в трюмах

Свет в рубке навигатора пульсировал багровыми вспышками, словно сердце умирающего зверя. Инквизитор Северина Молл стояла над телом Этрика, который корчился на полу, зажимая окровавленную глазницу. Третий глаз исчез — на его месте зияла пустая впадина, из которой сочилась чёрная, как варп, жижа. Голоса, требующие открыть шлюзы, стихли, но их эхо ещё вибрировало в переборках. — Варп внутри, — прошептал навигатор, не поднимая головы. — Он всегда был внутри. Мы не выходили. Мы просто… стали им. Молл сжала болт-пистолет. Её разум анализировал: двести лет в варпе без навигатора, без Геллер-поля — невозможно. Но факт оставался фактом. Корабль-ковчег «Свет Терры» не покинул Имматериум; он мутировал, впитал его, как губка впитывает воду. — Команда, — рявкнула она в вокс. — Докладывайте. Из динамика донёсся искажённый голос сержанта Каина: — Инквизитор, мы в трюме три. Здесь… здесь грузовые контейнеры двигаются сами. Без сервиторов, без кранов. Они… пересчитывают друг друга. И мы слышим голоса. Они требуют открыть шлюзы наружу. Говорят, что снаружи — пустота, а истинный свет — внутри. — Ничего не открывать, — приказала Молл. — Закрепитесь. Я иду. Она повернулась к Этрику. Навигатор уже поднялся, шатаясь, и прижимал к лицу окровавленную повязку. — Ты идёшь со мной, — сказала инквизитор. — Ты видел, что там. — Я видел их, — ответил он глухо. — Тех, кто говорит. Они не люди. Они — архитекторы этого места. Они ждали, когда мы откроем глаз. — Чей глаз? — Глаз корабля. Третий глаз — это не мой. Это его. Я был лишь проводником. Молл выругалась сквозь зубы. Она знала теорию: некоторые древние корабли-ковчеги были не просто машинами, а полуживыми конструктами, созданными в эпоху Тёмной Технологии. Если «Свет Терры» обладал собственной волей… Они двинулись по коридору. Свет люменов заменился маслянистой тьмой, которая струилась по стенам, образуя лица, гримасы, буквы неизвестного алфавита. Голоса вернулись — шёпот, многоголосый, как хор обезумевших псайкеров: — Открой… открой… снаружи только ложь… внутри истина… внутри вечность… — Не слушай, — бросила Молл, ускоряя шаг. — Это психическая атака. Этрик споткнулся, но удержался. Из его пустой глазницы вдруг вытекла струйка света — не золотого, не белого, а того же багрового оттенка, что пульсировал в рубке. — Инквизитор… — прошептал он. — Они не хотят, чтобы мы ушли. Они хотят, чтобы мы стали частью… пересчёта. — Какого пересчёта? — Контейнеры. Они считают души. Каждый контейнер — это человек, которого они забрали из реальности. Двести лет они ждали, когда корабль наполнится. Теперь он полон. И мы — последние, кого нужно добавить. Молл остановилась. Перед ней была дверь в трюм три. Из-за неё доносился ритмичный металлический грохот: контейнеры переставлялись, будто повинуясь невидимому дирижёру. Голоса стали громче, яснее: — Северина Молл… добро пожаловать домой. Инквизитор подняла болт-пистолет и выстрелила в замок. Дверь взорвалась, открывая путь в море контейнеров, которые двигались в такт неведомому ритму. В центре трюма стояла фигура — человек в форме экипажа, но без лица. Вместо лица — гладкая, как зеркало, поверхность, в которой отражалась сама Молл. — Ты опоздала на двести лет, — произнесла фигура голосом самой инквизитора. — Но мы сохранили для тебя место. Войди. Стань частью корабля. Стань частью варпа. Молл выстрелила. Болт пробил фигуру насквозь, но та не рассыпалась — лишь засмеялась многоголосым смехом. Контейнеры остановились. Тишина упала, как гильотина. — Ты не уйдёшь, — сказала фигура. — Никто не уходит. Мы — «Свет Терры». Мы — путь сквозь тьму. И ты — наш новый навигатор. Этрик упал на колени, из его глазницы хлынул свет, заливая трюм. Молл поняла: у неё остался один выход — уничтожить корабль. Но как? Варп внутри, а снаружи — варп. Они заперты в бесконечной петле. — Каин, — крикнула она в вокс. — Готовьте циклонические торпеды. Мы взорвём этот ковчег к дьяволу. — Инквизитор… — донёсся голос сержанта. — У нас проблема. Оружейная… она закрыта. И голоса говорят, что ключ — у вас. Буквально в вас. Молл посмотрела на свою руку. На тыльной стороне ладони начала проступать татуировка — знак Ордо Маллеус, но изменённый: купол, треснувший, из которого вырывалась тьма. Она не носила эту татуировку. Она никогда её не наносила. — Время истекло, — прошептала безликая фигура. — Добро пожаловать домой, Северина. Зеркальная поверхность лица пошла рябью, и в ней отразился не трюм, а бесконечный варп — звёзды, боги, крики. Молл зажмурилась, но видение осталось перед глазами. И голос — её собственный, но старше на двести лет — произнёс: — Ты всегда знала, что это случится. Ты пришла сюда не расследовать. Ты пришла занять своё место. Инквизитор открыла глаза. Она стояла не в трюме. Она стояла в рубке навигатора, у пульта, рядом с пустым креслом. Этрик исчез. Голоса стихли. На стене висело зеркало, и в нём отражалась женщина с двумя здоровыми глазами… и третьим, открытым, сияющим багровым светом.